I am me and fuck off
Надо вам сказать, месье, эти люди - они не живут, месье - они притворяются.
Давай, я напишу тебе письмо
В банальном ритме словосочетаний,
Чтоб ненароком всё не усложнить.
Потом расскажешь - смог или не смог...

С чего начать?
С открытия Америки:
Единый хор заученных литаний
Идёт по карте морем, тянет нить...

А мимо пролетает лепесток.

Тут скучно и паршиво.
Сижу в облезлой кухне.
В стенах закопошились
Соседи.
Пахнуло мертвечиной
Но холодно, и мух нет.
Выскабливаю шилом
мехенди.

Вот довела до оскомины скрежетом
двадцать седьмая деталь
кубика Рубика. Где же ты? Где же ты,
в сумрачном стяге листа ль?
Тремором морока, городом ворога,
необходимостью стань.
Чтобы ни криком, ни вздохом, ни порохом
не разрывалась гортань.

Торчишь из сердца знаменем,
что ведомо всем тем, кто изучал
геральдику сознания
на входе в коронарный тронный зал.
Да здравствуй, коронация:
Приличный вид и одичалый взгляд.
Себя выводим на цепи,
настроившись на человечий лад.

А в общем - скверно: словесной свежести
какими-то сотыми полупроцент,
а мне ещё достаёт невежества
писать о тебе во втором лице.
Ma chère, пропой мне, так жить на кой мне -
на фоне слов, потерявших цвет,
пока с тобой мы стоим в обойме
дежурной лжи и дрянных сигарет?

"Эх, казацкая мечта - сны мои хорошие:
Луг зелёный, а по нём - женщины, да лошади!
Лошади, да женщины - все в туман окутаны.
Загребу двумя руками... Бля, не перепутать бы!"

Августом сырым, да скрипом ставенным
приходи сюда с косой, красивая.
Выдадут юродивым по савану,
отшлифуют души шелудивые.

Так дружок и свирепей,
набирайся силы!
Что петрушка, что репей -
всё одно в могиле.
Так дружок и свирепей.
Что ни день, то счастье.
Выйди в поле, да попей
из мертвецкой пасти!
На, приятель, оближи
две хозяйских дули.
С этим вкусом жисть - не жисть,
да привыкнешь, хули!

Разбираю головоломку
в пятом часу утра.
Скучно.

- Что там?
- У вас поломка
жертвенного костра.

***

я
не
я
я
не я
Я - не я.
Становлюсь сплошным ожиданием.